Воскресенье, 29.03.2020, 18:21
Приветствую Вас Гость | RSS





Главная » Статьи » ИСКУССТВУ БЫТЬ » Вернисаж: Мир красок фэнтази *

Иероним Босх .Живопись и поэзия
Живопись и поэзия

Иероним Босх – один из наиболее любимых мною художников и, пожалуй, - один из наиболее удивительных и загадочных художников в истории мировой живописи. До сих пор не угасают споры о содержании и смысловой нагрузке его работ, а их оценка более чем противоречива.
Многие ли шедевры знаменитых мастеров можно одновременно рассматривать и как насмешливо-язвительную ересь и как дословное прочтение Священного Писания?
Я не скажу, что могу любоваться работами Босха и получать эстетическое наслаждение в прямом смысле этого слова, но вот мозги они заставляют работать.
Образы, возникшие под впечатлением работ Иеронима Босха, оставили своий след и в литературе:

«Сад земных наслаждений» (триптих)

 (275x698, 29Kb)

 (653x699, 98Kb)


 (290x699, 43Kb)




СЕРГЕЙ ПЕТРОВ

БОСХ


Мозг выполз, как в извивах воск,
епископ посох уронил.
Небось ты бог? Небось ты Босх?
Небось святой Иероним?

И ухо, полное греха,
горит как плоть во весь накал,
и, сладко корчась, потроха
людей рождают, точно кал.
На арфе распят голый слух,
отвисла похоть белым задом,
пять глаз как пять пупов укрылись за дом,
сбежав с рябых грудей слепых старух.
И два отвесных тела рядом,
два оголенных райских древа —
долдон Адам и баба Ева,
она круговоротом чрева,
а он напыщенным шишом
бытийствуют — и нет ни лева,
ни права в их саду косом.
А страсть тверда, как кость, как остов,
как гостья гордая погостов.
и тело кружится как остров
в житейском море суеты.
Увидишь о своем часу и ты,
как славно скачут черти в кале
и забивают кол в Господень хлеб
и как в три яруса по вертикали
вселенский вертится вертеп.

А я твой глаз и взором бос
и у тебя в когтях храним.
Небось ты боль? Небось ты Босх?
Небось святой Иероним?

Грешит седая борода
над раскоряченной любовью,
в огне по горло города
прикованы к средневековью.
У колб, реакторов, реторт
хвостом накручивает черт,
и атомы летят на части,
и вавилонские напасти,
и всеегипетские казни,
и блудодейнейшие блазни
ползут как слизни в драный нос,
и черный замок точно печи
обугленные поднял плечи,
в огне и тьме он — как Патмос.

А Босха дьявольская пасха
от адской радости строга,
когда бесенок за подпаска,
а страсть подъята на рога.
Колдуньиной иглою воск,
скажи, не насмерть ли раним?
Небось ты бой? Небось ты Босх?
Небось, святой Иероним?

Забрался бес к тебе в ребро,
и раком ползает добро.
И не оно ль того хотело,
что где-то, клейко забелев,
в обтяжку лайковое тело
надето на прохладных дев.
Отшельник ежится в пещере,
а блуд впился в сосцы беды,
и страхи Божьи, зубы щеря,
раздули щеки и зады.
Отшельник ежится в пещере,
когда над ним занесены
и блещут тщи, как Лота дщери,
и сны, как блудные сыны.
Ах, маленький святой Антоний!
Завыл как волк святой посул,
и душ вытягивает тони
с апостолами Вельзевул.
Бесовский рой вещей в пещере
озорничает ввечеру,
вонзая зло и злобу в щели,
вгрызаясь в каждую дыру.
Загнав под ногти и под кожу
всесотрясающую дрожь
и привалясь к тебе как к ложу
багровою оравой рож.

Всеадье! и разгульный пост! —
скользнула ласочкой ятровь.
Небось ты бес? Небось ты Босх?
Небось небесная любовь?


"Страшный суд" (триптих)

 (233x700, 25Kb)

 (504x700, 52Kb)

 (228x697, 29Kb)


Павел Антокольский

ИЕРОНИМ БОСХ


Я завещаю правнукам записки,
Где высказана будет без опаски
Вся правда об Иерониме Босхе.
Художник этот в давние года
Не бедствовал, был весел, благодушен,
Хотя и знал, что может быть повешен
На площади, перед любой из башен,
В знак приближенья Страшного суда.

Однажды Босх привел меня в харчевню.
Едва мерцала толстая свеча в ней.
Горластые гуляли палачи в ней,
Бесстыжим похваляясь ремеслом.
Босх подмигнул мне: "Мы явились, дескать,
Не чаркой стукнуть, не служанку тискать,
А на доске грунтованной на плоскость
Всех расселить в засол или на слом".

Он сел в углу, прищурился и начал:
Носы приплюснул, уши увеличил,
Перекалечил каждого и скрючил,
Их низость обозначил навсегда.
А пир в харчевне был меж тем в разгаре.
Мерзавцы, хохоча и балагуря,
Не знали, что сулит им срам и горе
Сей живописи Страшного суда.

Не догадалась дьяволова паства,
Что честное, веселое искусство
Карает воровство, казнит убийство.
Так это дело было начато.
Мы вышли из харчевни рано утром.
Над городом, озлобленным и хитрым,
Шли только тучи, согнанные ветром,
И загибались медленно в ничто.

Проснулись торгаши, монахи, судьи.
На улице калякали соседи.
А чертенята спереди и сзади
Вели себя меж них как Господа.
Так, нагло раскорячась и не прячась,
На смену людям вылезала нечисть
И возвещала горькую им участь,
Сулила близость Страшного суда.

Художник знал, что Страшный суд напишет,
Пред общим разрушеньем не опешит,
Он чувствовал, что время перепашет
Все кладбища и пепелища все.
Он вглядывался в шабаш беспримерный
На черных рынках пошлости всемирной.
Над Рейном, и над Темзой, и над Марной
Он видел смерть во всей ее красе.

Я замечал в сочельник и на пасху,
Как у картин Иеронима Босха
Толпились люди, подходили близко
И в страхе разбегались кто куда,
Сбегались вновь, искали с ближним сходство,
Кричали: "Прочь! Бесстыдство! Святотатство!"
Во избежанье Страшного суда.



"Корабль дураков"

 (370x700, 54Kb)

Из романа Грегори Норминтона «Корабль дураков»:



«Нагруженный под завязку, что твое блюдо, до краев полное вишни, корабль дураков застыл на лужайке моря. И хотя легкий бриз развевает флажок на мачте, море - зеленое и спокойное, точно сад. Корабль - это скорее утлая лодчонка, и даже не лодка, а так, непонятного свойства посудина с еще живым деревом вместо мачты. В его пышной кроне засел чудной вахтенный (чудной, потому что сова; да и сама сова тоже чудная, потому что и с клювом, и со ртом). И немало еще несуразиц на этом неправильном корабле: вместо руля - деревянный черпак, команды нет и в помине, а пассажиры явно не приспособлены к мореходному делу. Вот вся честная компания (в произвольном порядке): трое певцов-горлопанов, бесстыдник-купальщик, блюющий пропойца, храпящий пропойца, пьяная баба, обжора, монах, шут и монашка с лютней. Список предметов неодушевленных: фляги с вином или элем, стакан, плошка для подаяний, бочка спиртного, нож, жареная курица, дохлая рыба, ком теста и блюдо (как вы уже догадались) с вишней, каковая олицетворяет собой грех сладострастия, либо сладострастную тягу к греху - понятия часто равнозначные.
Компания, надо сказать, разношерстная. Давно ли они собрались вместе? Все указания на Время отсутствуют. Время, кажется, отсутствует тоже. Здесь всегда - полдень, если судить по свету. Можно предположить, что тепло, но и Погоды тут нет.
Этот унылый застой, это настырное однообразие - как все нудно и скучно. Чем они развлекают себя, эти люди? Что они здесь делают? Сидят, стоят и лежат, перегибаются через борт, тянутся приподнявшись на цыпочках, плещутся в море.
Да, это понятно. Но что они здесь делают?
Поют. Без складу и ладу. Певцы-горлопаны выводят застольную песню (что-то про жен, про оленей с рогами и про чучела мертвых зверюшек), монах читает Часослов (от старых привычек избавиться трудно), а монашка поет Евхаристическую песнь. Ее голос, - кстати сказать, на удивление приятный, - теряется в какофонии, тонет в гнусавых руладах монаха и воплях певцов-горлопанов, которые воют почище тюленей. Ну и ладно. Пусть их. Эти застывшие в неподвижности странники, эти пилигримы без цели - они просто стараются скоротать время. Пытаются как-то развлечься. Если живешь только сегодняшним днем, надо выжать из этого дня все радости - выпить в хорошей компании, поговорить по душам.
На первый взгляд им тут вовсе не плохо.
Даже наоборот: весело людям - пируют.

Начнем с самого неприметного из пассажиров.
СПЯЩИЙ ПЬЯНИЦА пребывает в полях блаженных, иными словами - в раю, В темном скриптории у него в голове пишутся главы иной книги - книги снов. На каких пламенеющих тигров охотится он в этих окутанных тьмой лесах? Что это за страна, дорогие друзья, где поля и высокие шпили ему как Дом, и все женщины любят его до безумия? Или он видит себя во сне просто таким, как есть, и вот снится ему: он лежит, где упал, на носу, храпит, обнимая флягу, и ему невдомек, что сейчас его злобно разбудят.

Теперь представьте себе, что вы сладко спите, и вдруг вас грубо трясут за плечо. Вы открыли глаза и увидели перед собой то ли большую луковицу, то ли рожу какой-нибудь прачки Ткнитесь носом в чужую подмышку - примерно такое же благоухание исходит от ПЬЯНОЙ БАБЫ. Она безжалостна и упорна в своем намерении растолкать спящего, ибо пить в одиночку - не то удовольствие.
- Господи милосердный, - стонет спящий, - ниспошли мне ангелов из чинов небесных, дабы заткнули мне нос.
Но пьяная баба Всевышнего не признает. Вся ее набожность свойства поганого, сиречь языческого. Вакху она предана всей своей благородно прогнившей душой и отравленной печенью.
- Как можно петь хвалы Богу, которого ты и в глаза не видел? - искренне не понимает она. - Я же люблю то, что знаю. И так и должно быть.
И что поистине может сравниться с этим дурманом, Любовью? Любовь - опий. У того, кто попробовал ее хоть раз, она остается в крови навсегда. О, пылкие услады в мужских объятиях! Ее тело помнит. Но Время, старый брюзга, одарило нашу поистаскавшуюся и испитую героиню непрошеным целомудрием. Она - как жалкий обломок некоей разнузданной вакханалии: голова - что твоя луковица, тело обрюзгло, руки трясутся, ноги не держат. Румянец младости беспечной поблек на этих щеках давным-давно; его заменила пропитая краснота, каковая являет собой неизбежное следствие непомерных и многочисленных возлияний. Она трясет спящего за плечо и поднимает флягу для тоста.
- Твое здоровье, полусонный ты мой! Фляга осушена одним глотком.

ПЕВЦЫ, при всем своем горлопанстве, ничем особенным не примечательны. Это могут быть стряпчие, чернорабочие, землевладельцы; мясники, пивовары, слуги или палачи. Нельзя сказать, что они все на одно лицо - просто они так похожи, что различить их и вправду трудно. Они всегда вместе. Никто из этих троих уже и не помнит то время, когда рядом не было двух других. Из чего, впрочем, не следует, что союз сей основан на добрых и бескорыстных началах. В качестве образного поясняющего примера: будь это чудище о трех головах, головы передрались бы за пищу, предназначенную для одного и того же желудка. Они как кровные братья, одержимые мыслью о братоубийстве: каждый втайне мечтает избавиться от остальных. И все же насилие для них было бы равнозначно тому, как отрезать себе же руку или ногу. И только по этой причине у них не доходит до кровопролития.

ОБЖОРА также не обладает сколько-нибудь выразительными отличительными чертами, помимо болезненного стремления набить себе брюхо. Все его помыслы - только о жареной курице, неизвестно с какой такой радости притороченной к ветке на мачте. Как сверкает она, как лоснится! Встав на нижние ветки, он без труда достает до нее ножом. И все же при каждой его попытке отрезать кусочек манящего мяска, птичий зад изрыгает скабрезную брань. Лезвие вздрагивает в руке, и обжора испуганно опускает нож; ибо тушка, которая знает такие слова, отобьет аппетит у любого.

Безучастный к мучениям своего сотоварища ШУТ сидит, скорчившись на такелаже. Костлявый и тощий, этот профессиональный дурак повернулся спиной к честной компании и попивает себе винцо. Он весь - отрешенная безмятежность; подобная безучастность к мирской суете наблюдается у лошадей и ослов, погруженных в свои лошадиные или ослиные мысли. Обратите внимание на шутовской скипетр у него в руке - посох с навершием в виде маски. Маска - почти как зеркало, но нельстивое. Ибо, не в пример мягкой усмешке шута, маска смеется глумливо и злобно.
Что сказать о человеке, для которого дурость - ремесло? Который глупость свою напоказ выставляет, а мудрость держит при себе? Может быть, маска на посохе - ключ к пониманию его скрытой натуры? Или мы будем судить по наружности и примем как данность, что истинная уверенность в себе доступна лишь людям, которые не боятся напялить на себя дурацкий колпак? шут - мудрец, а его шутовская маска - кривое зеркало в ярмарочном балагане, которое он выставляет перед Бытием.

У ног шута стоит на коленях РАСКАЯВШИЙСЯ ПРОПОЙЦА. Он здесь не самая популярная личность: когда кто-то блюет, сие возбуждает в нас нежелательное сочувствие с оттенком гадливости, и мы стараемся держаться от него подальше, как от больного заразной болезнью. А нашему пропойце и вправду отчаянно плохо. В животе у него все бурлит; все колыхается и клокочет и изливается в рвотных позывах наружу. Это явно не морская болезнь, ибо причины и так очевидны. Корабль стоит неподвижно, то есть беднягу тошнит не от качки, а с перепою. Да, именно так. Наш раскаявшийся пропойца, этот Фауст от алкоголя, уже достиг полуночи в сделке с дьяволом. Даже волосы у него, как больные - сальные и свалявшиеся. Судорожно вцепившись в канат, он перегибается через борт. Ему уже нечем тошнить, и все же ему удается выдавить из себя очередную порцию.
Отрава сидит у него внутри, и от нее надо очиститься.

Песня МОНАШКИ - приятное отдохновение от шумного блёва пропойцы. Ее почти блюзовые вибрато звучат чересчур сладострастно для григорианской монодии. И где она научилась играть на лютне? Ее пальцы импровизируют, выдают замысловатые вариации, украшают мелодию витиеватым узором, подобно розам-виньеткам в Часослове.
Кошачий концерт горлопанов не беспокоит монашку. Она знает, что ухо Господне всегда открыто, и Он отделит зерна подлинной песни от плевел нескладного ора. Может быть, ее пылкое рвение есть старание во славу Божью? Годы смиренного умерщвления плоти притупили порывы тела; да, да. Она вся - образец добродетели. Она никому не откажет в помощи - никому, кто нуждается в утешении и стремится к спасению души. Она никого не прогонит со своего гипотетического Рога. Ее милосердие воистину безгранично. Да, она истово молится за мирян, слабых плотью, хотя и знает в душе, что на их спасение надежды нет.

* * *

Еще один набожный человек на борту, МОНАХ, муж превеликой учености. Автор тринадцати теологических трактатов, сей гигант мысли почитает себя Атлантом, держащим Небо науки исключительно силой ума. Являясь страстным поклонником неологизмов, он знает при этом и множество малопонятных и невразумительных слов, каковые и употребляет к месту и не к месту. Подобно святому Франциску, он считает своим священным долгом защищать вымирающий и беззащитный язык, и в голове у него - заповедник, где привольно пасутся глоттальные эллинизмы. Астроном, химик, баснописец и физик - все Храмы Науки пред ним открыты. Его антигелиотропический разум не тянется к солнцу, но ищет тенистых уединенных аллей познания. В настоящее время он озабочен проблемой, как выразить участь людскую посредством математических формул. Он уже вывел Копрологическую Параболу. У него также готовы Ромб Аппетита, Октаэдр Сомнения и Веры, и Эллипс Речи. Трапеция Секса пребывает на стадии чисто теоретических разработок.

Не исключено, что монах с одобрением отнесется к последнему из актеров этой странной "бессобытийной" комедии. ПЛОВЕЦ - непримиримый противник материальных благ, равно как и суетного тщеславия. Отвергая мирскую суету, он посвящает себя Размышлениям.
- Мир цепляется за материю, - провозглашает он. - В то время как я не впадаю в гордыню и не боюсь появиться на людях голым, аки червь. Покрой наряда не есть мерило достоинства человеческого.
Пловец не читает ученых книг, ему хватает и собственных смелых суждений. И он искренне убежден, что, внимая его монологам на самые разные темы, слушатели получают ни с чем не сравнимое удовольствие.
Пловец утверждает, что худшее для человека - подчиниться Двум Универсальным Законам: Всемирного Тяготения и Всемирной Скуки. (Тяготение есть избыток страха и меланхолии; Скука - центробежная сила космоса.) Весьма довольный явлению лодки, где на борту столько новых людей, он вновь и вновь предпринимает попытки завладеть их вниманием. Он весь горит нетерпением поделиться своею мудростью. Но прерывать песню - невежливо. И он дожидается своего часа, ибо знает, что всякая песня когда-нибудь умолкает.
И воистину так: музыка и голоса затихают, вся честная компания вновь впадает в бездействие. Корабль дураков погружается в тишину, и только флаг высоко на мачте хлопает на ветру. Пользуясь этим удобным случаем, пловец откашливается в кулак. И вот тогда пассажиры перегибаются через борт и видят, что, оказывается, у них есть попутчик...»
[Со вторым пловцом автор идентифицирует себя]

источник
Категория: Вернисаж: Мир красок фэнтази | Добавил: crown (15.01.2012)

Просмотров: 1763 | Теги: художники, Поэзия | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0

9

Похожие новости
:


Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]


ИГРЫ ОНЛАЙН
Натали Брукс. Тайна наслед...
Эхо печали
Легенды 2. Полотна Богемск...
Шопоголик
Веселые истории
Ведьма в зеркале
Детективное агентство
Остаться в живых
Кафе Амели. Рождество
Стройотряд
Масяня в полной Африке
Туртикс



***

***
Поиск
Категории раздела
!
Вернисаж: Мир красок классический [611]
Вернисаж: Мир красок фэнтази [274]
сказочные, нереальные, арт
Аниме искусство [16]
Книжное [195]
Литература,Книги,Поэзия,Проза
Музыка [50]
Разное (искусство) [230]
рисование,графика,арт.. [208]
МАСТЕРСТВО МИРА [16]
Мастера и Мастерицы
1 ___________
Меню сайта
!
***

ЛИНИИ ЖИЗНИ
Музыкальный дневник
Интересное рядом
Страны и Континенты
FREE DOWNLOAD
ИГРЫ-ОНЛАЙН
Форма входа


****
***
***
Друзья сайта
  • Форум Darksage
  • Darksage.ru
  • World Vision




  • *Скачать бесплатно
    _____download free

    Музыка,Книги,..


    [29.03.2020]
    Джеймс Миллер - Еда и э...
    [29.03.2020]
    Федосеев С.Л. - Русские...
    [29.03.2020]
    Сборник по микробиологи...
    [29.03.2020]
    Мир в картинках (28 кни...
    [28.03.2020]
    Дмитро Макунин - Домаш...
    [28.03.2020]
    Герхардт Ф. - Методы об...
    [28.03.2020]
    Л. Д. Ландау - Электрон...
    [28.03.2020]
    В.А. Седов - Дискретная...
    [28.03.2020]
    Моя большая книга. 260 ...
    [28.03.2020]
    Симон Хачатрян - Я знаю...


    3
    Статистика

    Онлайн всего: 15
    Гостей: 14
    Пользователей: 1
    resident


    Счетчик PR-CY.Rank

    ***********4

    _____________


    художники фотоработы Thrash Metal фотохудожники дача путешествие фотоальбом кино - онлайн Сказки Шитьё здоровье крючок искусство куклы Цветы флора Аудиокниги Россия Alternative Rock кино музыка живопись интересно фото креатив Progressive пэчворк metal video рисование советы женщины игрушки Folk music rock music rock Video rock video творчество metal music стили Lossles книги кулинария кухня скачать журналы загород дом Folk Rock Progressive Metal Power Metal печворк русский альбом Blues сад дизайн metal Download lossless Heavy Metal Hard Rock Blues Rock progressive rock рукоделие история архитектура Новый Год фотографы hand made интерьер уют вязание спицы Вяжем Детям мода модели шитье детская вышивка Журналы рецепты выпечка Фэнтези Ужасы мистика Детектив эзотерика Фантастика Приключения Триллер журналы по вязанию 2016 вязание крючком обучение Драма смотреть онлайн фильм онлайн Литература книга
    ***

    Творческая мастерская SANA


    Любите вязать? Вам сюда )





    Copyright Crown6 © 2020 Копирование возможно только с прямой ссылкой на сайт